Телесность и сексуальность на словах и на деле. Большое интервью Ирэны Голубы.

28 февраля 2019
498 0

В июне у нас стартует большая программа повышения квалификации по работе с сексуальной проблематикой. Автор и ведущая — Ирэна Голуба.

Ирэна — гештальт-терапевт с огромным опытом работы, большой специалист по телесности и сексуальности. Она знает названия таким явлениям, о которых мы и не думали. С ней хорошо знакомы те, кто учится на нашей основной 3,5-летней программе. Выпускники прошлых лет иногда просят рассказать об Ирэне побольше. Мы поговорили о профессиональном пути и теме программы — сексуальности. Интервью получилось длинным, мы разделили его на 2 части. Первую часть смотрите по ссылке.

Ирэна, как вообще говорить о сексе? Тема такая заряженная, что непонятно, какие слова подбирать?

Действительно, в общественном дискурсе есть два подхода: либо грязно-матерный, либо медицинский. А вот способов обсуждать это по-человечески, чувственно, эмоционально, без вины, без хвастовства — их в культуре, в обществе не так много.
Исторически было одно место, где об этом говорили. В ту ночь, когда невесту мыли, обряжали к свадьбе. Вот тогда более опытные женщины готовили ее, рассказывали что ее ждет. С мужчинами было сложнее. Предполагалось, что природа сама дорогу найдет, но она, к сожалению, находила далеко не всегда.

В 2019 году в каких-то вопросах мы даже чересчур прогрессивны. Почему так трудно говорить о таких вопросах: про тело, про сексуальность?

Ну дело тонкое. Если брать такое разделение на «мир Аполлона» — разума и анализа и чувственный «мир Диониса», на совершенную красоту и наоборот, в противовес тому — телесное, разгульное, спрятанное, то развитие скорее пошло по рациональному пути. Куда больший акцент сейчас на сознание, на разум, на тексты, на знание — в противовес чувственности. И даже то, что например распространена порнография — это дела не меняет. Круглосуточный просмотр порнографических роликов не помогает продвигаться в сексе. Люди этим занимаются в одиночку. А секс — все таки занятие парное.

Получается, что секс — это такая насущная потребность, потребность номер раз, а ее удовлетворение — такое торопливое, однообразное. Вроде бы есть ценность,
но нет вкуса к гурманству, к развитию, взаимному удовольствию. Как будто надо просто удовлетвориться, сделать это и вперед.

Сложность еще и в том, что общественно признанного способа говорить про это нету. Ну так чтобы и не матом, и не латынью. В русском языке раньше было очень много ласковых слов для обозначения и половых органов, и того, чем занимаются люди. Но эта ласковость пропала.

Вот смотрите: «пенис синонимы: пипка, Ванька-встанька, сморчок, конец, щекотун, крайняя плоть, елда, достоинство, причинное место, шишка, хрен,болт, убивец». Это кратко, и это такие современные слова. А старых — их было очень много всяких. И то же самое про женскую часть. Все знают, что есть глагол на букву «е», который относится к тому, что в сексе делает мужчина. А в русском языке был глагол, который обозначал то же самое, что делает женщина: «ёмить». И само это слово давно исчезло, но остались слова «неуёмный, ёмкость, даже объём оттуда. И русское слово Яма и русское слово Ёмка — однокоренные, а ёмка — это как раз то, что есть у женщины.

Похоже на то, что в паре трудностей только добавляется. Какие здесь сложности?

Вообще тема близости и интимности она как-то изменилась, осложнилась. Может быть это связано с тенденциями общественного развития. Потому что если мы вспомним с чего начиналась гештальт-терапия, Перлз очень упирал в отдельность, свободу, «я», а не «мы». И он уловил тренд. Сейчас изменился и общественный смысл свадеб. Если раньше свадьба — это был способ двух родов познакомиться между собой и помочь в том числе с помощью подарков молодой семье в их материальном старте, то сейчас очень часто пары выбирают поездку в Париж, Прагу или Венецию с фотосессией и может быть парой друзей. Все связанное с семьей становится очень индивидуалистичным делом.

Получилось так, что при Фрейде это было табу, но секс между двумя людьми всех касался, и вне брака был запрещен. Потом произошла сексуальная революция, все стало можно, но все стало очень закрыто и локально, и каждый человек проходит какую-то эволюцию сексуальную сам по себе, и ничем не делится.То есть если камасутра была памятником, который передавал культурный слой дальше, то мне кажется, что в современной городской культуре не хватает знаний, опыта, относящегося к этой теме.

Мужчины не делятся тем, как порадовать женщину, скорее это будет такая бравада. И среди женщин это не бог весть как распространено. И тогда сексуальная культура уходит как ни странно в зону платного секса, потому что там больше открытости и чисто профессионального отношения.

Притом важно, чтобы культура секса развивалась в паре. Например начинается с того, что у пары появляются свои слова, свои имена друг для друга. Свой личный особенный язык. У них потихонечку могут появиться слова и для разных частей тела, и для разных способов любиться. Важно, чтобы эти слова были только их, индивидуальными, и свободными от гнета ругательности и ненормативной лексики.

Обсуждение секса — это парная история, для двоих. А есть ли место психологу здесь, зачем он нужен?

Он может убрать сугробы, чтобы у пары «заскользило». Он не становится третьим, он убирает препятствия, которые могут быть у пары или у человека, который обратился. В моей практике бывает, когда паре важно что-то очень интимное обсудить — я выхожу, и прошу, чтобы они позвали меня, когда будут готовы. Потому что многое должно остаться между ними.

Основные сложности в парах похожи. Не хватает языка. Социокультурные запреты. И такое обстоятельство… Эротические картинки, разговоры про секс, внесение сексуального в жизнь невозбужденного человека — вызывает отторжение. Если человек сексуально активен, несколько голоден, возбужден — это разжигает пламя, а если состояние такое, что нет и не надо — разговор о сексе может вызвать отторжение и отвращение. Поэтому нужно чувствовать момент. Искорка должна затеплиться у обоих. Не стоит разговаривать об этом «в холодную» — а то и будет «пенис» вместо «убивца».

Препятствиями в паре могут быть не сексуальные, а просто эмоциональные семейные обиды. Женщина в обиженном состоянии заниматься сексом практически не способна. Сонастройку может погубить отсутствие позитивного опыта, самопринуждение и давление в паре. Секс — это такой цветок, он расцветает в благоприятных условиях, или в условиях совсем экстрима. Его легко задавить, потоптать самопринуждением, продавливанием вроде: «Ну что тебе стоит взять за щечку?»

В паре, которая в гармоничной фазе сексуальной жизни, если один смотрит хитрым взором, — второй уже тоже начинает заражаться этой темой. Или не начинает, но тогда тот, кто уже подогрелся — он поймет, что стоит подождать более подходящего момента. Пара в гармонии — когда они способны воспламеняться от желания друг друга. Плохо когда партнер в стадии желания воспринимается не как чувственный, а как похотливый. Но поскольку сексуальная регуляция — дионисийская, то она плохо переводится на язык логики и инструкций. Об этом трудно говорить, нужно сонастроиться, чувствовать вместе. Тогда слова вторичны, они сопровождают, но не лидируют. На первом плане — процесс, нахождение в моменте, в чувстве.

Поделиться
Отправить
Вотсапнуть

Оставить комментарий

* обязательно к заполнению